Споры и разговоры вокруг возможного приезда в Беларусь работников из Пакистана не утихают. МВД пригрозило ответственностью «вплоть до уголовной» за «провокации» на эту тему в соцсетях, комментаторов начали задерживать и публиковать «покаянные» видео. Лукашенко тоже включился в обсуждение и предложил «работать за троих» тем, кто боится иностранцев. «Зеркало» спросило читателей, как они оценивают реакцию властей. Кто-то говорит о нарушении прав, а кто-то заметил другие «тревожные звоночки».
Все имена героев изменены для их безопасности.
Елена: «Беларусы маюць права хвалявацца. І „дзяржава“ не мае права іх за гэта судзіць»
— Гэтая навіна мяне ўзрушыла і абурыла, але я не здзівілася. Гэтага трэба было чакаць, бо «дзяржава» даўно імкнецца загасіць любое незадаволенне. Не істотна, у чым яно заключаецца: ці то ў разбураных дарогах, ці то ў заробку, ці то ў прыездзе пакістанцаў.
Зразумела, што пакістанцы не паедуць у Беларусь толькі працаваць — хутчэй за ўсё, пры першай жа магчымасці яны пабягуць у Еўропу, і на мяжы зноў будзе чарговы міграцыйны крызіс.
Я, мабыць, не зусім згодная з тымі, хто кажа, што пакістанцы будуць гвалтаваць дзяўчат. У мой горад на прадпрыемства за часамі СССР завезлі в’етнамцаў, далі ім жытло. Ніякай шкоды ад іх не было, іх дзеці размаўлялі па-руску, вучыліся ў маёй школе, хадзілі са мной на танцы і ў мастацкую школу. Шмат хто з в’етнамцаў пачаў гандляваць на рынку. Кафэ сваё адчынілі, яно і дагэтуль працуе. Мяркую, гэтаксама будзе і з пакістанцамі. Але ў Беларусі, прагназую, застанецца добра калі тысяча — астатнія рвануць у Еўропу або вернуцца дадому.
Але ў любым выпадку беларусы маюць права хвалявацца. І «дзяржава» не мае права іх за гэта судзіць. Лепш бы нікога не чапалі, але гэта немагчыма. Гэтая чарговая хваля рэпрэсій, як і нежаданне жыць побач з пакістанцамі, прымусіць яшчэ шмат беларусаў з’ехаць.
Сергей: «С нами не будут договариваться, мы никто в их глазах»
— Скажу так, каких-либо эмоций это не вызывает. Пока это только декларация о намерениях, а у наших властей, мягко скажем, не всегда получается подтвердить делом свои заявления.
Но волнует другое — почему возникла такая проблема и почему власти именно так реагируют. В последнее время только с помощью такого резонанса возможно получить от властей хоть какую-то обратную связь. Пусть и не совсем адекватную, но все-таки связь, которая позволяет прикинуть, что там происходит, в этом «черном ящике» принятия решений. И на мой взгляд, происходят там крайне негативные процессы, которые коснутся простых людей.
Через это заявление можно понять, что власти рассматривают население как ресурс. Мы должны обслуживать власть одного человека. Уехали? Не хотим работать? Значит, привезем пакистанцев или еще кого. Вероятно, что они в принципе масштабируют кейс забастовки работников метро в 1995 году. Тогда завезли машинистов из России, сейчас завезем пакистанцев.
Для властей народ полностью лишен субъектности. С нами не будут договариваться, что-то предлагать, искать консенсус. Мы никто в их глазах. И это будет усугубляться. Мы уже должны реагировать на решения властей так, как они запрограммировали. У нас уже не выборы, а голосование. И скоро может дойти до того, что если ты публично не выражаешь лояльность, то будешь поражен в правах. Или лишен свободы.
Вот это и есть болезнь, а 150 тысяч пакистанцев — это всего лишь попытка скрыть ее симптом, который бьет по самой власти. То, что за этим заявлением скрывается, вот это и есть главная проблема.
Ирина: «Очередное наглое и циничное попирание прав и свобод»
— Все, что делается «властью» в связи с возможным массовым наплывом мигрантов из Азии, полностью укладывается в нарратив нелегитимной, не избранной народом «вертикали», коротко изложенный уже много лет назад Ермошиной и на разные лады повторяемый чиновниками: «Политика — не ваше дело, идите борщ варите». Очередное наглое и циничное попирание прав и свобод беларусов, гарантированных Конституцией.
Станислав: «Рад, что уехал сам, и одновременно очень грустно»
— Приглашение пакистанцев в очередной раз доказывает, что для власти и ее приближенных абсолютно неважно благополучие народа. Они до этого «доили» беларусов, оставляя выживать на несчастные 300−1000 рублей в месяц. А когда народ массово начал уезжать, решили позвать пакистанцев, потому что иначе пришлось бы разбираться с причиной отъезда беларусов.
Боюсь, что в итоге от Беларуси останется одно лишь название. Рад, что уехал сам, и одновременно очень грустно, что могу больше никогда не увидеть красоты родины.
Всеволод: «Власти намекают: молчите, иначе вам капец»
— В моем городе на трех предприятиях ищут свыше 10 персон разной специальности от инженера до бухгалтера или даже зам[естителя начальника по] производству.
Все просто поняли, что ловить дальше в нашей стране нечего… Лучше не будет, пока режим существует. Власти пытаются только удержать молодежь, которая всеми силами стремится в Европу за лучшей жизнью. Поэтому тому, что приезжают пакистанцы, не стоит удивляться. Скоро и другие будут… А власти чисто намекают: вы уезжаете — а нам нужны рабы. Так что молчите, а иначе вам капец.
