Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Европейский гуманитарный университет признали в Беларуси «экстремистской организацией»
  2. Так освобожден или нет? В истории с «помилованием» Николая Статкевича выясняются все новые противоречивые подробности
  3. Лукашенко поздравил главу венгерской оппозиции с победой на выборах — что пожелал
  4. Статкевич рассказал, какие ограничения установили ему власти. Одно из них вас точно удивит
  5. Бывший серый кардинал Лукашенко занимается бизнесом — его дети тоже открыли свои дела. Рассказываем какие
  6. Оппозиция разгромно побеждает на выборах в Венгрии. Путин потерял главного союзника в ЕС
  7. Самое быстрое падение доллара в этом году: как сильно он подешевеет? Прогноз курсов валют
  8. В Минском районе разбился мотодельтаплан. Два человека погибли
  9. Директором самого популярного театра Беларуси назначили экс-милиционера и бывшего охранника
  10. «Хватит с ними шутить». Лукашенко поручил главе КГК «по всей стране разобраться и посадить» тех, кто гробит важный для страны товар
  11. «Буду вынужден просить у Александра Григорьевича остаться». Что за европейский политик начал нахваливать Беларусь на госТВ


/

Когда пара расстается, многие люди продолжают испытывать чувства к своим бывшим. Если разрыв произошел по инициативе другой стороны и отношения длились много лет, полностью «забыть» еще недавно близкого человека может быть непросто. Существует мнение, что и после расставания привязанность к экс-партнерам в какой-то мере сохраняется. Впрочем, согласно другой точке зрения, со временем эта эмоциональная связь ослабевает и утрачивается. Разобраться, как происходит на самом деле и сколько времени может потребоваться на полный эмоциональный разрыв с бывшими возлюбленными, взялись психологи из Иллинойсского университета в Урбане-Шампейне (США), пишет Naked Science.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Alena Darmel, pexels.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Alena Darmel, pexels.com

Статью о новом исследовании опубликовал журнал Social Psychological and Personality Science, а выдежки из него привело издание Psychology Today. Ученые проанализировали результаты опроса 320 человек, которые пережили расставание после длительных отношений.

Средний возраст респондентов составил чуть больше 30 лет, а 57% из них были женщинами. С момента разрыва у участников в среднем прошло примерно пять лет, а стаж прекращенных отношений превышал 4,6 года.

Добровольцев попросили заполнить анкеты, вопросы в которых касались чувств и привязанности к бывшим партнерам. Например, участников спрашивали, хотят ли они проводить время с экс-возлюбленными и чувствуют ли рядом с ними безопасность. Для сравнения аналогичные вопросы задавали о чужих людях и других близких, например, друзьях или родителях.

Кроме того, исследователи выяснили, кто в паре был инициатором расставания и вступали ли участники в новые отношения после прекращения предыдущих.

В итоге психологи установили, что со временем привязанность к бывшим действительно ослабевала настолько, что они воспринимались как просто знакомые в прошлом люди и не вызывали дополнительных эмоций. Полпути к стадии полного безразличия респонденты в среднем преодолевали чуть больше чем за четыре года. С учетом этого на окончательный эмоциональный разрыв теоретически требуется около восьми лет.

Впрочем, между результатами участников было множество индивидуальных различий, и некоторые даже годы спустя не могли относиться к экс-возлюбленным как к посторонним. То есть у отдельных людей чувства к бывшим могут никогда не исчезнуть полностью.

Исследование также выявило, что люди с тревожным типом привязанности были склонны дольше сохранять эмоциональную связь с экс-партнером. Аналогичная тенденция прослеживалась у тех, кто продолжал общаться с бывшими. Общие дети усиливали связь сразу после расставания, но затем она слабела быстрее, чем у бездетных участников. Такие факторы, как пол и наличие новых отношений, почти не влияли на скорость пропадания привязанности.

Выводы ученых стоит воспринимать осторожно, учитывая ограничения исследования: оно проходило в форме опроса, а не эксперимента, респонденты участвовали в нем по своему желанию, а данные самоотчетов могли быть приукрашены.